1. Ментальное измерение в социальном и политико-правовом познании: постановочные аспектыОтказ от привычных для отечественного государственно-правового познания классово-формационных теоретико-методологических ориентиров, имевший место в начале 90-х годов, и весьма быстрый переход к принципиально иным (по своему содержанию и направленности) либерально-универсалистским эвристическим схемам ознаменовали собой то самое «методологическое обновление», о котором в первое постсоветское десятилетие не говорил разве что ленивый. На самом деле, уже к началу нового тысячелетия в методологической сфере  исследования государства и права становится очевидным, что:1)    никакого реального  «обновления» способов осмысления политико-правовой реальности не произошло:2)    «новая» (для российского правоведения) методология по сути своей есть результат обычной идеологической подмены, когда прежние, «космополитические» по своей направленности и классовые (формационно-прогрессистские) по содержанию теоретические установки (транслируемые «сверху» в течение всего советского периода истории России) довольно легко (и быстро) были заменены такими же (идущими «сверху») «глобалистскими» и прогрессистскими методологемами, но уже имеющими некий «общечеловеческий» (и, естественно, такой же, как и ранее вненациональный)  характер. Другими словами, классовый методологический и идеологический фундаментализм сменил фундаментализм либеральный;3)    сменилась, безусловно, «категориальная риторика», т.е. вместо ставших привычными понятий «советское государство», «социалистическое право» и др. господствующее положение заняли иные, но такие же «национально обезличенные» категории, как «правовое государство», «права человека», «гражданское общество» и т.п. Здесь можно только удивляться тому, как многие маститые исследователи, ранее посвящавшие критике этих последних и «вредных» «буржуазных изобретений» фундаментальные труды, к середине 90-х годов все с тем же рвением стали, по сути своей, апологетами и теории правового государства, и теории прав человека, причем, чаще всего в их классических, лишенных какой-либо национальной привязки интерпретациях. Одно некритическое отношение (по ключевым категориям советского права и государства) сменилось другим, но все таким же, лишенным какого-либо критического анализа изучением и оценкой  понятий либерального государственно-правового дискурса;4)    именно крайне низкий уровень эвристичности воспринятого большинством научного сообщества либерального подхода к осмыслению проблем и перспектив, собственно, российского политико-правового пространства, да еще и в контексте глобализирующегося мира, и стал своего рода отправной точкой, стимулирующим фактором возникновения интереса к принципиально другим, национально ориентирующимся познавательным моделям в сфере изучения права и государства, одним из важнейших инструментов которых, вне всяких сомнений, является метод ментального измерения.