РОЛЬ ПРИНЦИПОВ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА В ОБЕСПЕЧЕНИИ ЭФФЕКТИВНОСТИ ЕГО НОРМАТИВНОЙ СИСТЕМЫ
Аннотация и ключевые слова
Аннотация (русский):
Статья посвящена проблеме выявления значения принципов международного права в системе международно-правовых стандартов. Действительно, принципы международного права задают определенное направление как системе развития международных правовых стандартов, так и самой системе международных правоотношений, и формированию правовой практики. Они справедливо рассматриваются как особые правовые стандарты. Применяя социоаксиологический подход, сочетающий социологическую и аксиологическую методологию к анализу международного права, автор рассматривает принципы международного права как стандарты, ориентирующие деятельность субъектов международных правоотношений на наиболее важные правовые ценности, лежащие в основе международного правопорядка. Проводится функциональный анализ принципов международного права. Автор приходит к выводу о том, что принципы международного права придают нормативной системе международного права с одной стороны гибкость, а с другой стороны позволяют ей достаточно эффективно функционировать даже, казалось бы, в условиях правового вакуума. Парадокс заключается в том, что с одной стороны являясь общими и довольно абстрактными требованиями ориентирующими поведение субъектов международных правоотношений принципы рассматриваются как довольно гибкие стандарты, нуждающиеся в дополнительной интерпретации применительно к конкретному случаю, а с другой стороны принципы довольно жестко ориентируют поведение на систему стержневых ценностей, на своего рода ценностную «ось» международного права, на международное право как систему ценностей. Такие стандарты как принципы рассматриваются автором в качестве наиболее «органичных» для международного права как особой системы права, которые обеспечивают ее эффективность, залогом которой выступает определенная степень гибкости при условии четкой ориентации на базовые правовые ценности.

Ключевые слова:
международное право как особая система права, принципы международного права, правовые ценности, международная правовая идеология, структура международного правопорядка, функции международного права, между-народные правоотношения, эффективность международного права
Текст

Понятие принципов международного права.

Принципы международного права следует понимать как наиболее универсальные императивные международно-правовые стандарты, отражающие логику международного права, отвечающие объективным реалиям развития международно-правовых отношений, выражающие правовые ценности, лежащие в основе международного правопорядка. Близкие определения мы можем встретить в научной и учебной литературе под принципами или основными принципами международного права понимаются «…основополагающие, императивные, универсальные нормы международного права, отвечающие закономерностям развития международных отношений современной эпохи, обеспечивающие главные интересы человечества, государств, других субъектов международного права и в силу этого защищаемые наиболее жесткими мерами принуждения»[1].

Следует указать на такие две важные черты принципов международного права как императивность и обусловленность реалиями международных отношений. Первый признак означает их внедоговорный характер – они обязательны для всех участников общественных отношений хотя и могут юридизироваться и иметь свое формальное выражение в договорах и других документах (например, в Уставе ООН, который по своей юридической природе является многостороннем международным договором). Второй признак говорит о том, что принципы – отражение объективных условий международного сотрудничества и они носят объективный характер именно потому, что отражают те правовые ценности, которые, в свою очередь, обусловлены объективными потребностями участников международных отношений, в свою очередь определяемыми материальными условиями этих отношений.

Сегодня можно говорить о двух основных подходах: узком и широком – к пониманию (концептуализации) принципов международного права.

Узкий подход к концептуализации принципов международного права.

Узкий подход предполагает признавать принципами международного права нормы общего характера, сформулированные в международно-правовых документах таких как Устав ООН, Декларация о принципах международного права, Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (Хельсинки 1975 г.) и ряде других документов главным образом уточняющих принцип уважения к правам человека. Такой подход обладает несомненными достоинствами для юристов-практиков, так как он четко указывает на формализованные и, как минимум, имеющие языковое выражение основания, которые следует считать принципами.

Статья 2 Устава ООН гласит, что для достижения своих целей ООН и ее Члены действуют в соответствии со следующими Принципами: принцип суверенного равенства всех ее Членов; принцип добросовестности выполнения принятых на себя по настоящему Уставу обязательств; принцип разрешения международных споров мирными средствами таким образом, чтобы не подвергать угрозе международный мир и безопасность и справедливость; принцип воздержания от угрозы силой или ее применения как против территориальной неприкосновенности или политической независимости любого государства, так и каким-либо другим образом, несовместимым с Целями Объединенных Наций; принцип солидарности членов ООН предполагающей оказание ей всемерной помощи во всех действиях, предпринимаемых ею в соответствии с Уставом ООН, и воздержание от оказания помощи любому государству, против которого ООН предпринимает действия превентивного или принудительного характера; принцип универсальности принципов с соответствии с которым ООН обеспечивает, чтобы государства, не являющиеся ее Членами, действовали в соответствии с принципами, изложенными в ст.2 Устава ООН, поскольку это может оказаться необходимым для поддержания международного мира и безопасности; принцип невмешательства ООН в дела, по существу входящие во внутреннюю компетенцию любого государства (данный принцип трактуется ограничительно и не затрагивает применения принудительных мер на основании Главы VII Устава ООН «Действия в отношении угрозы миру, нарушений мира и актов агрессии»[2].

Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций, принятая резолюцией 2625 (XXV) Генеральной Ассамблеи ООН от 24 октября 1970 года содержит развернутую интерпретацию базовых принципов и предлагает следующий перечень принципов, коррелирующий с Уставом ООН: принцип, согласно которому государства воздерживаются в своих международных отношениях от угрозы силой или ее применения как против территориальной целостности или политической независимости любого государства, так и каким-либо иным образом, несовместимым с целями Организации Объединенных Наций; принцип, согласно которому государства разрешают свои международные споры мирными средствами таким образом, чтобы не подвергать угрозе международный мир и безопасность и справедливость, принцип невмешательства в дела, входящие во внутреннюю компетенцию любого государства (за исключением ситуаций предусмотренных Уставом ООН), принцип обязательного сотрудничества государств друг с другом в соответствии с Уставом ООН; принцип равноправия и самоопределения народов; принцип суверенного равенства государств; принцип, согласно которому государства добросовестно выполняют обязательства, принятые ими в соответствии с Уставом ООН[3]. Ценность данного документа состоит не столько даже в провозглашении и систематизации принципов, сколько в их интерпретации (именно интерпретация принципов является основанием их действенности, а возможность вариативной интерпретации обусловливает их «гибкость» и именно в интерпретационной сфере, в сфере дискурса лежит основание гибкости международного права не в смысле соответствия сиюминутной политической конъюнктуре, а в смысле соответствия норм международного права меняющимся условиям международных отношений).

Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе, начавшееся в Хельсинки 3 июля 1973 года и продолжавшееся в Женеве с 18 сентября 1973 года по 21 июля 1975 года, завершилось в Хельсинки 1 августа 1975 года. Его результатом стало принятие Заключительного акта совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, который провозглашает и раскрывает следующие принципы: принцип суверенного равенства, уважения прав, присущих суверенитету; принцип неприменения силы или угрозы силой; принцип нерушимости границ; принцип территориальной целостности государств; принцип мирного урегулирования споров; принцип невмешательства во внутренние дела; принцип уважения прав человека и основных свобод, включая свободу мысли, совести, религии и убеждений (крайне значим в современной международной правовой идеологии и в международном праве); принцип равноправия и права народов распоряжаться своей судьбой; принцип сотрудничества между государствами; а также принцип добросовестного выполнения обязательств по международному праву[4]. В данном документе, значение которого приобрело универсальный характер (несмотря на региональный статус международной организации его принявшей), мы видим как некоторые новации, так и толкование принципов международного права. Примечательно, что одним из принципов выступает принцип уважения прав человека и основных свобод, включая свободу мысли, совести, религии и убеждений. В этой связи следует отметить документы, включаемые в Международный билль о правах, а также базовые универсальные и международные региональные документы, развивающие данный принцип (анализ этих документов для заявленной проблемы является избыточным).

Узкий юридический подход предполагает то, что указанные три документа содержат исчерпывающий перечень принципов международного права (возможны менее «жесткие» вариации данного подхода, предполагающие возможность вариативной интерпретации и интерпретативной эволюции принципов и т.д., но в целом исходящие из признания юридически определенных принципов).

Широкий подход к концептуализации принципов международного права.

Широкий подход к принципам международного права предполагает менее строгое их понимание. И включение в категорию этих принципов требований, ориентирующих поведение человека на систему правовых ценностей даже в том случае если эти требования документально не артикулированы и нигде не зафиксированы. В этом смысле можно в случае широкого подхода к концептуализации принципов международного права включить в их перечень принципы международной правовой идеологии. Многие юристы-международники с недоверием относятся к данному подходу (несмотря на признание обычного международного права), так как за подобные принципы часто могут выдаваться чьи-то произвольные субъективные фантазии, или выгодные определенным сторонам (правовых акторам) стандарты. По сути, речь идет о предоставление определенным субъектам правоотношений прав и наложении на иных обязанностей, которые прямо не предусмотрены были этими субъектами международных отношений. Теоретики права, напротив, часто ставят вопрос о принципах международного права следуя рассматриваемому широкому подходу. Эта ситуация напоминает нам дискуссию о принципах права применительно к национальным правовым системам, где также есть позиция, в соответствии с которой за неписанными принципами признается качество полноценных принципов права, а есть и позиция, которая это качество отрицает (либо отрицает вообще, либо называет эти принципы «принципами правосознания» и т.д.).

Тем не менее, в рамках широкого подхода появляется возможность отойти от распространенного в отечественной юриспруденции подхода к принципам как к наиболее общим и значимым нормам права. Следует обратиться к работам известного американского ученого-правоведа Р. Дворкина[5], который выделяет принципы и стратегии как правовые стандарты, входящие в структуру права наряду с нормами (но при этом отличающиеся от последних). Он понимает их именно как часть действующего права, подлежащего применению судом[6]. Он полагает, что на эти стандарты опираются и юридические суждения. Он даже предполагает, что принципы и стратегии могут конкурировать с нормами. Ученый называет стратегией «… стандарт, формулирующий необходимость достижения некоторой цели, обычно связанной с улучшением каких-то экономических, политических или социальных условий в обществе»[7]. Под принципом же он понимает «… такой стандарт, который следует соблюдать не потому, что он способствует изменению или сохранению некоторой экономической, политической или социальной ситуации, а потому, что он выражает некоторые моральные требования, будь то требования справедливости, честности и т.д.»[8]. То есть речь идет об определенных ценностях (хотя в отличие от Р Дворкина мы полагаем что речь должна идти о ценностях правовых, а не моральных). Р. Дворкин предполагает, что принципы могут быть и не юридизированными (юридически не закрепленными), особенно если они для правовой системы совершенно очевидны (в отличие от норм – моделей поведение для принципа как требования, ориентирующего на ценность формальное закрепление не столь необходимо). Мы также полагаем, что сложности определения неписанных принципов не должны нам мешать признать те или иные положения полноценными принципами права. По крайней мере, социоаксиологический подход к праву – подход к праву (в том числе международному) как к системе конвенциональных правовых ценностей – не предполагает рассмотрение формальной определенности как имманентной характеристики права. Соответственно когда мы ставим вопрос о «силе права» и его эффективности применительно к международному праву, мы должны отдавать себе отчет, что во многом это зависит от соответствия международного права системе действительных конвенциональных международно-правовых ценностей, которые и выражает система принципов как общих требований обращенных к субъектам международного права (международным правовым акторам) этим ценностям следовать.

При этом не важно закреплены или провозглашены ли эти принципы где-либо. То же можно сказать о правовых ценностях на международном уровне. Их действительное качество определяется наличием общей убежденности в существовании той или иной ценности, а вовсе не юридическим ее закреплением.

Специфика международного права и проблема его эффективности.

Международное право не случайно считается особой системой права. Оно обладает довольно выраженной спецификой. Марк ван Хук справедливо указывает на то обстоятельство, что в рамках теории право традиционно определялось через связь с государством, так как именно государство выступает тем институтом, который представляет отлаженный механизм его реализации, тем не менее в настоящее время все больше ученых признает правом как международное право, так даже и право институционализированных социальных (интеграционное право) организаций[9]. Он отмечает, что все больше юристов признают полноценное качество международного права[10]. По его мнению, «Международное право является полноценным “правом” и без существования международного государства и международного правительства, так как является институционализированной нормативной системой, хотя она и институционализирована в меньшей степени, чем государственные правовые системы. Во всех теориях, связывающих право с каким-либо государственным устройством, возникают проблемы с понятием международного права. Его либо вообще не считают правом, либо, в лучшем случае, определяют как «незавершенную» правовую систему до тех пор, пока не будет образовано некое мировое государство»[11].

Для международного права такое его свойство как легитимность во многом обуславливает саму эффективность. Это не удивительно в условиях отсутствия отлаженного, действующего шаблонно и последовательно воспроизводящегося принудительного механизма. Во многом международное право основано на добровольном соблюдении его положений, что прямо зависит от его восприятия субъектами международных правоотношений.

Функции принципов международного права.

Главной, системообразующей функцией международного права является функция обеспечения связи глубинного ценностного содержания международного права с его формально-нормативной системой. В идеальной ситуации если, следуя социоаксиологическому подходу к праву (с позиции социоаксиологического подхода международное право представляет собой систему признанных конвенциональных правовых ценностей) говорить о праве как о системе ценностей, то нормативная система и должна соответствовать международно-правовым конвенциональным ценностям. Более того, она и существует для того чтобы эти ценности выражать. В противном случае международное право окажется не легитимным и как следствие не эффективным.

Обеспечение цельности международного права как системы права, принципы, ориентируя всю систему права на международные правовые ценности, обеспечивают ее единство. Это служит гарантией того, что все противоречия, которые возникают в сфере международного права, могут разрешаться в системе ценностных координат наличных правовых ценностей, то есть они могут быть разрешены и преодолены средствами самого международного права, и зачастую ведут даже к его совершенствованию и развитию. Исключения составляют фундаментальные противоречия интересов и потребностей международных правовых акторов, носящие фундаментальный характер и влекущие пересмотр и трансформацию отдельных или нескольких международных конвенциональных правовых ценностей (они также влекут изменения международного права, однако принципы сами основываясь на ценностях не могут снять такого противоречия, эти противоречия могут быть сняты либо силовым образом, либо в пространстве правового дискурса через новый конвенциональный факт, рождающий новые или трансформирующий старые правовые ценности).

Еще одной функцией принципов международного права является обеспечение системности нормативного массива международного права. Принципы обеспечивают не просто единство, но и цельность международного права как единство частей целого. Они обеспечивают единство нормативного массива международного права в системном качестве. Следует отметить, что мы не говорим о единстве «международного права», так как с точки зрения нашего подхода международное право – система конвенциональных ценностей – обеспечивается другими механизмами – механизмами правового дискурса, а лишь о нормативной системе международного права или о нормативном массиве (многие отождествляют эту систему или этот массив с международным правом вообще).

Обеспечение гибкости нормативной системы международного права. Любая норма содержит в себе обладающий делегитимационным качеством потенциал несправедливости. И неминуемо возникают ситуации, когда применение той или иной нормы неуместно и противоречит базовым международным правовым ценностям, либо порождает ситуацию коллизий норм международного права или возникновение правового вакуума, связанного с пробелами в нормативной системе международного права. Во всех этих случаях принципы международного права, представляя собой абстрактные правовые стандарты, ориентирующие действия субъектов международных отношений на самую содержательную часть, «сердце» международного правового регулирования – конвенциональные правовые ценности, могут исправить проблемную ситуацию. А именно: указать (в случае с явной несправедливостью или неразумностью применения существующей нормы) на тот стандарт, которым следует руководствоваться; послужить руководством в содержательном разрешении коллизий норм международного права; или восполнить пробел в нормативной системе, указав пусть не так точно как норма-модель, но тем не менее на правовые стандарты, которые могут быть применены в ситуации мнимого правового вакуума (мнимого – потому что отсутствие норм права еще не означает отсутствие права вообще, особенно когда мы рассматриваем право как систему ценностей, вот это право и проявляется в качестве принципов).

Принципы международного права определяют векторы развития нормативной системы международного права. Принципы как бы «стягивая» систему международного права определяют во многом нормообразование и, следовательно, направления развития международного права. Конечно, на глубинном, «стратегическом» уровне эти направления определяются потребностями в правовом регулировании, однако на «тактическом» уровне, на уровне того, как регулировать те или иные международные отношения, работают именно принципы.

Принципы международного права выполняют и ограничивающую функцию по отношению к нормативной системе международного права. Они определяют не только направления, но и границы его развития. То, что противоречит принципам международного права рассматривается как неприемлемое. Конечно, могут происходить фундаментальные изменения, но это уже отдельный вопрос, так как такого рода трансформации происходят уже на уровне правовых ценностей и соответственно трансформируют и сами принципы.

Выводы и обобщения.

1.      Можно говорить о том, что в отношении принципов международного права существует узкоюридический (отождествляющий с принципами вообще принципы, закрепленные в определенных международно-правовых документах) и широкий, который подразумевает под принципами все требования, формализованные или не формализованные, которые указывают на определенную действительную правовую ценность. Несмотря на определенные достоинства первого подхода и недостатки второго, второй подход в теоретическом плане с позиции социоаксиологического подхода к праву теоретически наиболее продуктивен.

2.      Система принципов международного права придает нормативной системе международного права гибкость, а также позволяет ей функционировать в условиях правового вакуума.

3.      Принципы, являясь довольно абстрактными требованиями, ориентирующими поведение субъектов международных правоотношений на конвенциональные правовые ценности, представляются гибкими стандартами, нуждающимися в дополнительной интерпретации применительно к конкретному случаю. Тем не менее правовые принципы четко ориентируют действия субъектов международных правоотношений на систему конвенциональных правовых ценностей.

4.      Следует признать такие стандарты как принципы, с точки зрения социоаксиологического подхода к международному праву, в качестве наиболее подходящих стандартов для международного права как особой системы права. Именно принципы во многом обеспечивают ее эффективность, причиной которой выступает определенная степень гибкости при условии четкой ориентации на международно-правовые ценности.

Список литературы

1. Устав ООН

2. Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций принятая резолюцией 2625 (XXV) Генеральной Ассамблеи ООН от 24 октября 1970 г.

3. Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (Хельсинки 1975 г.).

4. Абашидзе А.Х., Гасанов К.К., Эриашвили Н.Д. и др. Международное право: учебник для студентов вузов по направлению подготовки «Юриспруденция». / Под ред. А.Х. Абашидзе, К.К. Гасанова. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2018.

5. Дворкин Р. О правах всерьез. М.: РОССПЭН, 2004.

6. Хук М. ван. Право как коммуникация / Пер с англ. М.В. Антонова и А.В. Полякова. СПб.: Издательский дом С.-Петерб. гос. ун-та, ООО «Университетский издательский консорциум», 2012.

7. Dworkin R.M. A Matter of Principle. Harvard, 1987.

8. Dworkin R. Law’s Empire. Oxford, 1998.

9. Ronald Dworkin: Contemporary philosophy in focus. Edited by Arthur Ripstein. Cambridge, 2007.

10. The Philosophy of Law // edited by R.M. Dworkin. Oxford, 1977.


Войти или Создать
* Забыли пароль?